Если мы хотим стать полноценным государством, то главной задачей для страны должен быть переход к институциональному управлению

Об актуальных темах внутренней политики «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с независимым экспертом Гией Хухашвили.

- Так как перед вторым туром выборов самой активно обсуждаемой темой является то, получит ли «Грузинская мечта» в парламенте конституционное большинство, я предлагаю начать нашу беседу с этой темы. Оппоненты властей часто говорят о том, что если у «Грузинской мечты» будет конституционное большинство, то «стране угрожает переход от авторитаризма к тоталитаризму». Большинство лояльных к властям экспертов считает, что конституционное большинство само по себе не является угрозой. Насколько велика вероятность того, что при конституционном большинстве «Мечты» страна окажется в опасности?

- Разумеется, само по себе конституционное большинство не означает обязательную узурпацию власти. Возможно, политическая сила решит использовать абсолютную власть в интересах государства, но, к сожалению, часто власти используют это в своих интересах, т.е. узурпируют власть.

Наглядным примером узурпации власти является период правления Саакашвили, когда он фактически использовал власть для того, чтобы лазить в чужой огород. Узурпация означает, что легальными и нелегальными способами ты начинаешь контролировать в стране такие институты, которые формально тебе не подчиняются. Например, судебную систему. Ты политизируешь силовую систему, начинаешь контролировать СМИ, переводишь гражданское общество в конформистское положение - часть покупаешь, часть пугаешь и т.д. Это узурпация.

Наша страна проходила через это. К сожалению, у нас нет позитивного опыта, когда руководство страны не злоупотребляло большой властью.

Заранее обвинять в этом правящую партию и поднимать панику, на мой взгляд, неправильно. Потому что когда у человека в руках оказывается оружие, не факт, что он обязательно употребит его с плохой целью.

Но вообще лучше иметь институциональные гарантии и не надеяться на то, что кто-то порядочный человек, а кто-то - нет. Руководствоваться такими субъективными факторами очень сложно. Но у общества есть инструменты - например, СМИ. Гражданское общество должно проснуться, возрастает его роль по противодействию подобным тенденциям. Для этого есть президентский институт, который твердо стоит на ногах и может противостоять возможным негативным процессам. Для этого есть судебная власть, но сегодня мы знаем, что это - отдельная проблема.

Повторяю: заранее ставить диагноз и утверждать, что власти будут злоупотреблять конституционным большинством, неправильно и несправедливо. Потому что они могут использовать эту власть как на благо, так и во вред стране. На весах лежат интересы государства и личные политические интересы. Что из них перевесит, следить должны мы сами. Но у общества есть много защитных механизмов, которые нужно запустить в случае необходимости.

- В беседе на эту тему Ладо Папава заявил - «В конституционном большинстве нет ничего плохого, но насколько они используют его на благо страны, это другой вопрос. Будет плохо, если они используют его в личных интересах». Оппоненты обвиняют Иванишвили в неформальном правлении. Они считают, что важные решения в стране не принимаются без его участия. С учетом того, что некогда вы были очень близки к Иванишвили и знаете его лучше других, вы можете однозначно сказать, что Иванишвили не использует конституционное большинство в личных интересах в борьбе с политическими оппонентами?

- Сначала нужно определиться с фундаментальным вопросом - мы переходим к институциональному управлению или нет. Если да, то где место Бидзины Иванишвили. Бытует мнение, что решения в стране принимает Иванишвили. Это очень плохое ощущение. Я думаю, настало время перейти к институциональному управлению, когда премьер будет не простой фасадной личностью, а реально будет управлять страной.

Я думаю, что на данном этапе Иванишвили должен максимально отстраниться от власти, и я надеюсь, что все так и будет. Для того чтобы наша политическая элита научилась самостоятельно принимать решения и брать за них ответственность, в обществе должно развеяться ощущение, что власть где-то в стороне. Часто абсолютно беспочвенно во всем обвиняют Иванишвили. Этому нужно положить конец.

Сам Иванишвили - гуманный человек, к нашему счастью, в отличие от некоторых, он не склонен к садизму, но каким бы гуманным он не был, какие бы хорошие намерения ими не двигали, факт, что его неформальное влияние на власть вредит развитию государства.

Трансформация из личного управления в институциональное управление должна произойти очень быстро. Если премьером будет Квирикашвили, то принимать решения и нести за них ответственность должен он. Постоянное апеллирование к Иванишвили, что часто перерастает в спекуляцию, должно завершиться. Иначе мы не станем государством. Лучше пусть ошибается Квирикашвили, чем мы постоянно будем чувствовать, что власть у кого-то другого.

- 30 октября в 50 мажоритарных округах пройдет второй тур выборов. Каков ваш прогноз?

- Очень велика вероятность того, что «Грузинская мечта» получит конституционное большинство. В пользу этого есть очень много факторов. По результатам первых туров кандидаты «Грузинской мечты» имеют очень серьезное преимущество. Кроме этого, во втором туре огромное значение имеет административный ресурс, так как избиратели не выражают особого желания участвовать в выборах.

Единственный контраргумент, который в данном случае есть у «Нацдвижения», это апеллирование к конституционной угрозе, но для меня этот аргумент не работает. Потому что такой аргумент интересует лишь 0,1% населения. Для граждан, для которых главное - благоденствие, стабильность и мир, а таких абсолютное большинство, этот аргумент звучит неубедительно.

- После выборов в грузинской политике возникла странная тенденция. Одна связана со «Свободными демократами», другая - с «Гирчи». Бывшие члены «Свободных демократов» Абашидзе, Онопришвили и Цагареишвили провели совместный брифинг и призвали своих сторонников поддержать во втором туре кандидатов «Грузинской мечты». Это многих удивило, но примечательным в их действиях мне кажется другое. В ходе предвыборной кампании Иванишвили заявил, что «у «Свободных демократов» появился шанс занять второе место», а потом отметил, что «дела «Свободных демократов» могли бы идти лучше, если бы они участвовали в выборах без Ираклия Аласания». У меня сразу же сложилось впечатление, целью Иванишвили было оставить Аласания вне политики. Как это ни странно, все так и произошло. Оставлять команду Аласания начали его соратники, потом он и сам заявил, что берет тайм-аут. Как вы оцениваете процессы вокруг «Свободных демократов»?

- Что касается Аласания, понять его действия и перевести их на человеческий язык вполне возможно. У его решения действительно есть моральное оправдание. В принципе, тем самым он заявил - если проблема во мне, я ухожу из политики вместе с теми проблемами, которые были связаны персонально со мной.

Для меня действия остальной политической элиты абсолютно неприемлемы и непонятны. За побегом бывших соратников Аласания из партии и предложением самих себя властям на следующий же день наблюдать было очень тяжело. В политике так не делается. В этой партии было определенное количество мотивированной молодежи, а какой пример подали им покинувшие партию лидеры? Кроме этого, также смешно, когда ушедшие из партии люди призывают сторонников этой партии голосовать за «Грузинскую мечту». Это не соответствует не только политическим, но и человеческим законам.

- «Грузинская мечта» еще не успела прийти к власти, когда вы предугадали, что между Иванишвили и Аласания пробежит черная кошка. Что позволило вам сделать такой прогноз?

- Я не будут углубляться в эту тему, потому что это очень приватные, личные темы, сплетничать на которые я не собираюсь.

- Партия «Гирчи» заявила, что они будут политической организацией, учрежденной на электронной коммуникации. По их словам, «Гирчи» будет зеркалом, которое будет показывать то, что смердит в стране». Странно, когда у партии нет сторонников, почему она переходит к электронной коммуникации. На ваш взгляд, на что рассчитывает «Гирчи»?

- Я не думаю, что мы имеем дело с серьезным расчетом. «Гирчи» стала непонятным клубам, они пытаются быть креативными. Разумеется, эти странные движения «Гирчи» несерьезны. Этот случай демонстрирует, какой кризис наступил в политической элите Грузии. Кризис коснулся как властей, так и всей оппозиции.

Когда партия начинает говорить на таком языке, разумеется, это несерьезно. Избиратель - живой человек, а партия должна приходить к нему. Виртуальная коммуникация даст лишь виртуальный результат. Сейчас они могут устроить виртуальные выборы и объявить премьером Зураба Джапаридзе. Кто-то это игру купит, кто-то - нет, в нее будут играть дети. Именно в этом заключается очень несерьезный подход. Подобные подходы в разной форме характерны для грузинской политической элиты.

- Если судить по комментариям, которые сделали лидеры «Нацдвижения» вслед за заявлением Сандры Рулофс, нетрудно предположить, что в бывшей правящей команде есть разногласия по многим важным вопросам. У меня сложилось впечатление, что в такую реальность внести коррективы не смогли ни пояснения Саакашвили, ни Сандры Рулофс. Многие говорят, что «националы» пытаются освободиться от Саакашвили, но из-за того, что эти голоса «националы» набрали благодаря рейтингу Саакашвили, это выглядит практически невозможным... На ваш взгляд, что происходит в «Национальном движении»?

- Думаю, все на поверхности. В «Нацдвижении» есть две концепции развития политического процесса. Первая - форсированная концепция Саакашвили. Она заключается в возвращении к власти с помощью кризиса, что исходит из его характера, из того, что его время в Украине истекает и для сохранения политического веса ему нужен новый политический старт. Все это подталкивает Саакашвили к радикальным действиям. Эта концепция отвечает его личным интересам. Я уверен, что он вообще не думает о партии. Он думает только о своем политическом будущем.

Что касается второй концепции, которая связана с возвращением к власти в 2020 году, условно ее можно назвать концепцией Бокерия. В политическом плане это более рациональный путь. На мой взгляд, в партии произошел конфликт между радикалами и умеренным крылом, что в принципе свойственно любой политической силе на разных исторических этапах. Я не верю, что это перерастет в большой конфликт. Несмотря на наличие проблем, обе стороны понимают, что по отдельности они ничего не стоят. Партии нужен как вождь в лице Саакашвили, так и рационализм Бокерия. Как бы они не ненавидели друг друга, они понимают, что их сила в единстве. Поэтому они будут руководствоваться принципом - плохой мир лучше хорошей войны.

- Обсуждая политические перспективы «националов», большая часть наблюдателей видит проблему в другом - сможет ли «Нацдвижение» без Саакашвили стать конкурентной партией европейского типа, потенциал чего у них есть, или же «Нацдвижение» останется фан-клубом сторонников Михаила Саакашвили? Какова ваша версия?

- Была большая вероятность того, что «Нацдвижение» станет фан-клубом. Маргинализация «националов» уже началась, но «Грузинская мечта» сделала все, чтобы усилить «Нацдвижение».

Фактически, в ходе предвыборного периода «Грузинская мечта», постоянно апеллируя к 9-летнему периоду и тиражируя теории заговоров, противостояла не «Нацдвижению», а третьему выбору. Результат на выборах мы получили соответствующий - вместо ослабления, с точки зрения народной легитимации «Нацдвижение» усилилось. Если на прошлых выборах «националы» получили 300 тысяч голосов, сейчас это число составило почти 500 тысяч. Это полностью заслуга «Грузинской мечты».

Кроме этого, «Грузинская мечта» хорошо расчистила оппозиционное политическое поле для «Нацдвижения». Мы видим, как распадаются партии. Фактически, в ходе всей предвыборной кампании «Мечта» назначила «националов» своим главным конкурентом и единственной альтернативой. «Грузинская мечта» обещала обществу вывести «Нацдвижение» из игры, но произошло абсолютно противоположное. Другой альтернативы на политической сцене нет. Если кто-то и получал авансы, они распались, в чем виновата «Грузинская мечта».

- В последние дни участились разговоры о реформировании правительства. В частности, могут быть упразднены аппараты государственных министров. Будь ваша воля, какие изменения вы бы внесли в структуру правительства?

- Думаю, говорить об этом рано. Разумеется, есть несколько министерств, которые ориентированы на одноразовую, но долгосрочную задачу. Разумеется, в существовании таких министерств нет никакой необходимости. Они могут существовать в качестве департаментов. Это касается евроинтеграции и диаспоры. Эти госструктуры - выдуманные ведомства и их реорганизация возможна.

На мой взгляд, это не самая главная и фундаментальная тема. Думаю, главное то, переходим ли мы к институциональному управлению или оставляем политическую систему, ориентированную на личность. Так было на протяжении всей новейшей истории Грузии. Предвыборная кампания проходила под знаком противостояния двух людей, ни один из которых формально не находится в грузинской политике. Все это очень вредно и опасно.

Главное, чтобы появилось ощущение того, что если премьером будет Квирикашвили, то он будет настоящим премьером. Мы должны знать, что в этой стране решения принимает он и ответственность за них тоже несет он. Мы не должны бежать куда-то, если нам что-то не нравится. Пока мы не создадим такой фундамент, все разговоры о реформировании правительства будут несистемными и ориентированными на локальные проблемы. Если мы хотим полноценным государством, то главной задачей для страны должен быть переход к институциональному управлению.

Беседовал

Коба Бенделиани