Россия уже пытается спровоцировать нестабильность в Украине не с помощью военной силы, а политическими и экономическими средствами
Об украинских результатах завершившихся в Париже переговоров «Нормандской четверки», о том, какую политику будет проводить Кремль в Украине после того как российская авиация начала осуществлять авиаудары в Сирии, «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с украинским политологом, руководителем Киевского центра политических исследований Вячеславом Фесенко.
- О встрече «нормандской четверки» в Париже высказываются диаметрально противоположные мнения. На ваш взгляд, какими являются результаты встречи для Украины и для России?
- Говорить о результатах встречи в «нормандской четверки» пока рано. В Париже стороны не реализовали ни одного соглашения. В Париже не был подписан ни один документ. Как видно, стороны неформально договорились по нескольким позициям, в том числе и по довольно принципиальным вопросам. Украинская сторона потребовала упразднить решение о проведении выборов в т.н. местные органы ЛНР и ДНР. Об этом Путин в свое время взял на себя некоторые обязательства, но публично их не признавал и лишь сказал, что Москва проведет на эту тему консультации с представителями Донбасса. Если это произойдет, тогда продолжится работа над вторым устным соглашением, которое касается поиска компромиссной формулы, на основании которой на оккупированных территориях по украинскому законодательству должны пройти выборы в местные органы.
Для того чтобы разработать такое законодательство, нужно найти компромисс, что на данном этапе в Раде является проблемой. Россия выразила желание, а сепаратисты категорически требуют, чтобы до выборов была объявлена амнистия в отношении всех тех лиц, которые с обеих сторон участвовали в боевых действиях. Президент Франции Олланд и канцлер Германии Меркель поддержали это предложение. Но как это должно произойти, в какой форме и при каких условиях, пока неясно.
Украинская сторона требует, чтобы из Донбасса до выборов вышли иностранные военные формирования, но когда это произойдет - сторонам еще предстоит решить. Думаю, что украинская сторона потребует до выборов передать ей контроль над украино-российской границей. По Минскому соглашению, на этом участке контроль должен быть установлен на следующий день после выборов. Несмотря на это, Киев категорически требует, чтобы ОБСЕ получила контроль над этим участком границы до выборов. Как видно, между сторонами еще есть позиции, по которым договоренности достичь не удалось.
Насколько я понимаю, будет очень трудно найти компромисс по закону, на основании которого должны состояться выборы в Донбассе. Сейчас выясняется, что самым актуальным в этом вопросе является то, кто может принять участие в выборах. Сепаратисты требуют, чтобы участвовать в выборах могли и пророссийские организации. Мне трудно представить, чтобы в украинской Раде депутаты приняли подобное решение. Также много вопросов вызывает согласование списка избирателей. Украинская сторона требует, чтобы те лица, кто был вынужден покинуть конфликтную зону, получили право участвовать в выборах. Также Киев требует, чтобы в выборах не участвовали нанятые военные или те граждане, которые не жили в Донбассе до начала конфликта. По этим вопросам очень трудно найти компромисс, но я думаю, что все же это возможно. Также проблематичной является тема деятельности украинских СМИ, чего Киев также категорически требует. Сейчас я назвал вам только важнейшие вопросы. Кроме них есть еще много проблем.
- Многие считают, что в Париже была найдена такая формула, чтобы Путин смог отступить из «Новороссии» с сохранением лица. Речь идет вот о чем - Киев добился того, что Украина не стала федеративной, что российско-украинские границы будут контролировать украинцы. Несмотря на это, часть экспертов считает, что по достигнутому в Париже «мирному плану» Донбасс останется у Кремля в качестве инструмента давления. На ваш взгляд, с чем мы имеем дело?
- Приведенные вами оценки касаются того, что может произойти. Повторяю, в Париже стороны лишь выразили свои желания и обменялись мнениями по важнейшим вопросам, на основании чего должны быть достигнуты конкретные соглашения, о которых еще будут вестись переговоры. Если учесть то, что Путин никак не прокомментировал парижскую встречу, можно предположить, что он недоволен результатами этой встречи. Ему будет очень трудно реализовать желания западных партнеров. Как и президенту Порошенко будет очень трудно пронести российские желания в украинскую Раду. Дело в том, что компромисс между сторонами еще не найден и над этим предстоит еще долго работать. Думаю, что это произойдет нескоро. Дай Бог, чтобы была достигнута договоренность о проведении выборов, контроле границы, но я все же думаю, что это произойдет нескоро.
- Часть экспертов утверждает, что Путин отказался от «Новороссии». Вы тоже так считаете?
- В этом плане примечательно то, что в подчиненном Кремлю российском телевизионном пространстве практически прекратились разговоры о «русском мире», «Новороссии». Возможно, Путин уже отказался от идеи «Новороссии», которая раньше фигурировала в кремлевском сценарии, пусть даже на некоторое время, но он не сможет отказаться от того, чтобы позиции России в Донбассе хоть как-то ослабли. То есть он попытается сохранить сепаратистов в Донбассе. Так будет даже в том случае, если эти территории перейдут под контроль Киева. Путин по-прежнему будет пытаться с помощью сепаратистов влиять на украинскую внутреннюю политику. В этих вопросах я настроен более скептически, так как не верю, что в ближайшем будущем Украина сможет выйти на полномасштабное урегулирование конфликта в Донбассе. В Раде будет сложно найти депутатов, которые бы согласились поддержать проведение выборов в Донбассе по тому закону, который противоречит интересам Украины. Дело в том, что не только в парламенте, но и среди общественности трудно найти людей, которые бы поддержали примирение с сепаратистами. Тут речь не идет о статусе или их участии в выборах, а просто об абсолютной неприемлемости. Поэтому я думаю, что сейчас можно лишь заморозить конфликт, так как полноценное разрешение конфликта в нынешней ситуации просто невозможно.
- Ваши российские коллеги с удовлетворением отмечают, что президент Порошенко почти ничего не сказал о Крыме во время выступления в ООН. На ваш взгляд, с чем может быть связана осторожность президента Порошенко и радость российских экспертов?
- Нет, это не так. Порошенко акцентировал внимание на Крыме. В частности, он говорил о репрессиях против крымских татар, а также агрессии России, которая привела к присвоению Крыма. Я не согласен с такой оценкой коллег, так как президент Порошенко уделил Крыму с трибуны ООН достаточно внимания.
- Что касается федерализации Украины, этот вопрос остается в политической повестке дня?
- Нет, этот вопрос больше не стоит в повестке дня. Статус этих территорий обсуждается, но ни о какой федерализации речь больше не идет.
- Если так, то почему президент Порошенко может столкнуться с трудностями в процессе принятия в Раде компромиссного закона о выборах в Донбассе?
- Большинство политиков и, можно сказать, что большая часть общественности считает невозможным примирение с сепаратистами. Более того, сегодня никто не сможет всерьез говорить об этом. Возможно, это морально-психологическая проблема, но факт, что она существует. Никто не хочет идти на компромисс с сепаратистами и возвращать эти территории вместе с ними. В России считают, что раз Путин перенес внимание с Украины на Сирию, то украинские политики сразу загорелись желанием срочно вернуть Донбасс. Это не так. Все прекрасно понимают, что возвращение некоторых оккупированных территорий вместе с сепаратистами будет для Киева постоянной головной болью, поэтому вовсе не исключено, что когда Кремлю захочется, инициаторами боевых действий в Донбассе окажутся донбасские сепаратисты.
- Тема военного сотрудничества между Украиной и США остается актуальной. Как обстоят дела в этом вопросе и насколько велика вероятность того, что Украина действительно будет союзником США в военной сфере?
- Сотрудничество в военной сфере между США и Украиной развивается динамично. У этого аспекта есть свои проблемы и предел. США оказывают военную помощь Украине, но речи не идет о передаче Украине летального оружия. Обсуждается только поставка оборонительного вооружения. После встреч в рамках Генеральной ассамблеи ООН вице-президент США Джо Байден подтвердил, что в ближайшем будущем США передадут Украине противоартиллерийские радары. США оказывают военную помощь Украине, но эта помощь ограничена. Речь идет только о поставке оборонительного оружия и действует запрет на поставку летального оружия. В основном эта помощь США связана с учениями. Между прочим, этот процесс проходит очень активно. В этом деле Украине кроме США помогает и Канада.
- Насколько велика вероятность того, что в 2016 году в отношениях с ЕС Украина добьется серьезного успеха, а сотрудничество с США в военной сфере настолько усилится, что Киев окажется военным союзником Вашингтона? Об этом часто с сожалением говорят ваши российские коллеги...
- Украина уже подписала соглашение об ассоциации с ЕС. Соглашение о зонах свободной торговли полностью вступит в силу с 1 января 2016 года. Мы с Грузией находится в одинаковом положении в вопросе отношений с ЕС. Осталось несколько стран, которые пока не ратифицировали соглашение. Этот процесс завершится если не в конце этого года, то в начале следующего.
Украина является стратегическим партнером США. США ограниченно поставляют Украине военную технику. Мы хорошо понимаем, что вместо нас за Украину никто воевать не будет. Вступление Украины в НАТО не рассматривается ни в краткосрочной, ни в долгосрочной перспективе, но отношения между США и НАТО развиваются интенсивно. С этой точки зрения есть серьезные перспективы. Можно сказать и так - речь идет об усилении и углублении отношений между Украиной и НАТО, но без формализации этих отношений. Разумеется, это связано с российским фактором, но это не мешает углублению отношений, реформированию оборонной сферы и повышения боеспособности украинских вооруженных сил.
- Можно ли сказать, что на данном этапе Россия не применит против Украины военную агрессию?
- Сегодня это менее вероятно, чем продолжение миротворческого процесса. Сейчас Россия играет миротворческую партию. Но когда речь идет о путинской России, такие риски полностью исключать нельзя, так как никаких гарантий ты иметь не можешь.
- Если судить по сообщениям информационных агентств, процессы в украинской внутренней политике создают довольно эклектичную картину. На ваш взгляд, в чем заключается суть внутренней политики и экономических проблем Украины?
- Сейчас у нас по традиции жаркий сезон. Уровень политической нестабильности в такое время всегда повышается. Сегодня причиной этого являются местные выборы. Часть политических партий и олигархи рассматривают эти выборы как прелюдию к досрочным выборам. Началась игра, которая, по их расчетам, должна завершиться досрочными парламентскими выборами. Пока эта идея раскручивается вслед за приближением местных выборов. После этих выборов, в ноябре-декабре начнется игра на распад коалиции и, возможно, отставку правительства, чтобы создать предусловия для роспуска парламента. Трудно сказать, как завершится эта игра, так как ни президент, ни премьер не хотят проводить досрочные парламентские выборы. Тема роспуска парламента и проведения досрочных парламентских выборов является возможной перспективой развития событий, так как нынешняя парламентская коалиция переживает серьезный кризис.
К сожалению, во внутренней политике Украины отмечается политическая нестабильность. Ее можно преодолеть, но этому мешает социально-экономическая ситуация, в которой сейчас находится страна. Этой зимой начнут вводить увеличенные коммунальные расходы, что еще больше повысит социальную напряженность. Я не исключаю рост социальной и политической температуры. Также актуален медленный тем проведения реформ. Из-за этого в адрес властей высказывается строгая критика, но несмотря на это в плане проведения реформ в Украине заметен прогресс. В прошлом году реформы вообще не проводились, а сейчас ситуация выглядит намного оптимистичнее. В этом году ожидается 11%-ое экономическое падение, но со следующего года многие ждут выхода из этого кризиса.
- Противостояние между политическими силами во внутренней политике Украины имеет местное происхождение или в этом замешана рука нашего общего «доброго соседа»?
- Разумеется, Россия пытается использовать в своих интересах все имеющиеся у нас экономические сложности и разногласия между политическими силами. Более того, Россия пытается спровоцировать болезненные процессы на разных уровнях. Все более очевидно, что некоторые конфликты, например, связанный с правыми радикалами, происходит не без участия России. Разумеется, Москва попытается лить как можно больше масла в огонь во внутренней политике Украины. Но если говорить начистоту, нельзя отрицать, что во внутриполитическом дискурсе есть объективные и субъективные причины, но бесспорно и то, что российским спецслужбам разными средствами удается сохранять в Украине нестабильный фон и провоцировать разные конфликты.
- Т.е. на фоне активизации в Сирии Россия все же продолжает активно вмешиваться во внутреннюю политику Украины?
- Да, это так. Мы должны понимать, что сейчас Россия переформатировала сферу своего влияния и перенесла внимание на Сирию, но в отношении Украины она изменила инструменты действия. Она использует политические и экономические инструменты на Донбассе и провоцирует нестабильность на территории всей Украины. Можно сказать, что сейчас Россия уже пытается спровоцировать нестабильность в Украине не с помощью военной силы, а политическими и экономическими средствами.
Уже полтора года Украины выдерживает всяческие провокации России, мы давно привыкли к нестабильному фону. В последние годы у Украины не было периодов мирной жизни, сейчас то углубляет начавшийся военный конфликт и экономический кризис, но, складывается впечатление, что Украина привыкла к таким деструктивным действиям России. Я понимаю, что впереди нас еще ждут некоторые турбулентности, но я надеюсь, что Украина сможет выдержать российские уловки.
Беседовал
Коба Бенделиани
