Корнелий Какачия - Остается впечатление, что между Грузией и Россией ведутся кулуарные переговоры на разные темы
Об актуальных вопросах внешней и внутренней политики «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с профессором ТГУ, экспертом по международным отношениям Корнелием Какачия.
- Перед встречей Карасина и Абашидзе активно обсуждается возможность рассмотрения вопросов строительства тоннеля Млета-Коби и Аваро-Кахетинской дороги. Заявление властей о том, что о строительстве дороги, связывающей Грузию с Россией, речи не шло, выглядит неубедительным, так как план строительства этой дороги существовал еще в советское время. России не имеет смысла строить ее, если на территории Грузии не будет построена дорога, ведущая в Армению. Вообще, чем больше будет дорог, тем лучше, но что может означать обсуждение или согласие с такими планами в случае со страной-оккупантом?
- Я все же думаю, что если грузинские власти согласятся на это, то это будет довольно опасным решением. Я не разделяю мнение, якобы дорога строится с одной стороны. Никто не будет строить дорогу с одной стороны, если не уверен, что эта дорога получит продолжение по ту сторону границы. Я далек от того мнения, чтобы строить логику на конспиративных теориях, но остается впечатление, что грузинские власти давно в курсе строительства дороги и между Грузией и Россией ведутся кулуарные переговоры на эту и другие темы. В противном случае российская сторона просто не начала бы строить эту дорогу.
Наше согласие будет означать, что грузинские и российские власти пытаются заключить сделку по вопросам, которые выходят за рамки формата Карасин-Абашидзе и касаются военно-экономических вопросов и территориальной целостности, о которых, к сожалению, пока у широкой общественности нет никакого представления. Во всяком случае, факт, что в последнее время процессы в грузино-российских отношениях дают основания для таких выводов.
- Зимой на конференции в Ереване российский политолог Чернов утверждал, что Россия обязательно будет иметь сухопутную связь с Арменией. Чернов также утверждал, что если Россия захочет, то сможет провести эту дорогу из Южной Осетии - через Цалку и Джавахетию. Нельзя ли предположить, что Москва шантажирует Тбилиси планом, который озвучил Чернов, и Грузия вынуждена согласиться с Кремлем о строительстве дороги из Дагестана в Армению через Кахетию?
- Это не исключено, потому что Армения уже стала членом Евразийского таможенного союза и с большой вероятностью станет членом Евразийского союза, а для России стратегически очень важна сухопутная связь с Арменией. На мой взгляд, этот вопрос обсуждался очень долго и нельзя исключать, что Россия давила на грузинское руководство.
- Соглашаясь на строительство дороги, грузинская сторона способствует упрощению сближения Армении с Евразийским союзом, но насколько совместима для самой Грузии интеграция с Евросоюзом с одной стороны, и содействие строительству дороги через Кахетию - с другой?
- Вообще, для нас строительство этой дороги невыгодно в любом случае. Кроме того, что неясна цель строительства этой дороги, плохая коннотация и в военном плане. Я не думаю, что грузинские власти этого не понимают. Но я все же надеюсь, что диалог и переговоры между Россией и Грузией связаны не только со строительством дороги из Дагестана в Армению, но и с конфликтами и оккупированными территориями.
- Как утверждают представители властей, потенциальные угрозы со стороны России подвергаются серьезному анализу. На ваш взгляд, угрожает ли Кремль Грузии и каким может быть на данном этапе ответ официального Тбилиси на российскую угрозу?
- Трудно точно сказать, чем угрожает Кремль Грузии, но я все же думаю, что тут мы имеем дело с какой-то скрытой сделкой, чем с запугиванием. Если обратить внимание на то, как реагировала Россия на подписание Грузией соглашения об ассоциации, и то, как она делала это при подобном поведении Молдовы и Украины, то разница очевидна. Это порождает подозрение, что между Грузией и Россией есть скрытые отношения. Правда, никаких фактов у нас нет, но иначе невозможно представить, чтобы Россия особенно относилась к стремлению Грузии в ЕС, в то время как подобное желание Украины и Молдовы вызывает резкую и жесткую реакцию. Это наталкивает на мысль, что Москва и Тбилиси действуют в некоторой степени синхронизированно.
- Лидеры «Большой двадцатки» согласились на участие в саммите президента России Владимира Путина. Этому предшествовал отказ канцлера Германии Ангелы Меркель от межправительственных консультаций Германия-Россия. После того, что сделала Россия в Украине, что может означать появление президента Путина на важной международной площадке?
- Это не означает, что Путину все сошло с рук. Доказательством моих слов может служить перенос ежегодного экономического форума Германия-Россия. Это также означает, что в международном сообществе есть некоторые надежды относительно того, что им удастся образумить Путина. Международное сообщество пытается не перекрывать России и Путину все возможности отношений с ними, чтобы Россия не встала на путь самоизоляции. Но всем известно, что Россия давно стоит на этом пути. Об этом свидетельствует недавно принятые в России законы о социальных сетях, отношение властей к СМИ и ужесточение отношений с резко противостоящей властям оппозицией.
- Я не знаю человека, который бы не обрадовался прошедшему в Гори матчу между правительством и цхинвальским «Лиахви» и обнадеживающим комментариям представителей правительства, сделанным после матча. Но это важное событие прошло так, что мы мало узнали о цхинвальском «Лиахви» и приехавших из Цхинвали футболистах. Как вы оцениваете это событие и можно ли надеяться, что этот матч положит начало грузино-осетинскому примирению?
- Не знаю, насколько может этот матч начать процесс примирения, но можно предположить, что в отношении Южной Осетии между Грузией и Россией есть некоторые соглашения. Российские эксперты, которые ездят в Цхинвали, советуют местным сепаратистам воздерживаться от резких заявлений в адрес Грузии, антигрузинских выступлений и действий. Это, предположительно, указывает на то, что Россия якобы готова отделить югоосетинскую проблему от абхазской и предложить Тбилиси интеграцию с Цхинвальским регионом по разным формулам.
- В де-факто парламент Абхазии поступил проект соглашения «О союзничестве и интеграции между Россией и Абхазией». Предположительно, это соглашение будет подписано к концу года. Что следует думать - Москва позволяет нам сблизиться с Южной Осетией на фоне пребывания российской армии в этом же регионе, но не оставляет нам никаких шансов на отношения с Абхазией? Нам разрешают думать о Южной Осетии, но не об Абхазии?
- Россия хорошо понимает, что у Южной Осетии нет никаких шансов на независимость. В то же время, она хорошо понимает, что кроме Абхазии и Южной Осетии у них нет никаких рычагов влияния на Грузию. На мой взгляд, Москва хочет использовать Южную Осетию в качестве торговой монеты для «налаживания отношений» с Тбилиси. Но мы не знаем, что она подразумевает под налаживанием отношений и какую цену должна заплатить Грузия за налаживание отношений с Цхинвали по сценарию Кремля.
В отношении Абхазии ситуация значительно отличается. В проекте упомянутого вами соглашения написано, что Россия должна взять на себя обязательство продолжить политику признания Абхазии и способствовать ее признанию на международной арене. Там очень много таких пунктов, которые отличают подход России к этим регионам.
На мой взгляд, оформляя такое соглашение с Сухуми, Москва добивается «татарстанизации Абхазии». Нетрудно прогнозировать, что после заключения этого соглашения Россия полностью инкорпорирует Абхазию в РФ. Сухуми требует от Москвы содействовать признанию Абхазии, но если присмотреться к экономическим и военным составляющим и аспектам соглашения, можно понять, что Абхазия отказывается от своего суверенитета, что явно противоречит требованию Сухуми о содействии признанию их т.н. независимости. Какой пункт этого соглашения Россия будет выполнять, а какой - нет, никто не знает.
- На проведенном в Гори матче в составе команды правительства не было министра обороны Ираклия Аласания и госминистра по вопросам реинтеграции Алекси Петриашвили. То есть тех, кто воспринимаются в сегодняшнем правительстве флагманами западной ориентации страны. После матча в Гори распространилась информация, что 8 ноября «Свободные демократы» проведут третий съезд. Как заявил Алекси Петриашвили, ожидается возвращение Ираклия Аласания на пост председателя партии. На ваш взгляд, эту информацию нужно рассматривать в рамках подготовки «Грузинской мечты» к парламентским выборам 2016 года или как начало выхода «Свободных демократов» из коалиции?
- Трудно говорить на эту тему, так как сами «Свободные демократы» не говорят о своих реальных планах. Не исключено, что ваши слова близки к истине. Приближаются выборы и если между остальными членами коалиции и «Свободными демократами» есть разногласия, не исключено, что они думают об альтернативных путях участия в парламентских выборах. Думаю, что они пока не определились, но я не думаю, что они покинут коалицию до парламентских выборов. Если, разумеется, не случится такая коллизия, которая вынудит их покинуть коалицию.
- Содокладчик Совета Европы Михаэль Йенсен считает главной проблемой Грузии политическую поляризацию. По его словам, на его родине большинство и меньшинство сотрудничают, вместе обсуждают проблемы, а в Грузии между «Грузинской мечтой» и «Национальным движением» все еще пропасть. Спустя два года после выборов поляризация между этими двумя партиями все еще очевидна. Евродепутат не затрагивает разногласия между оставшимися вне парламента политическими силами. На фоне сложной обстановки в мировой политике, когда стране нужно как можно больше консолидации и согласия по важнейшим вопросам, насколько опасна такая поляризация?
- Она очень опасна с учетом того геополитического положения, которое сложилось у нас в регионе. Я имею в виду наше вступление в ЕС в будущем. Сейчас в мире и в Европе заметно некое снисхождение перед военной силой России. В такой ситуации поляризация общества опасна более всего. Хуже всего то, что сами политические силы пытаются поляризовать общественное мнение. Этому способствуют и разные СМИ.
Хуже всего то, что бывший лидер коалиции Иванишвили сам говорил, что «нужно проложить середину». На мой взгляд, если мы не хотим, чтобы поляризация увеличилась, настало время усиления этой «середины». Политические дебаты должны существовать, но общественность должна иметь возможность смотреть и анализировать политические дебаты разных направлений.
Беседовал
Коба Бенделиани
