Рамаз Сакварелидзе – Местные выборы являются подготовительным этапом к парламентским выборам, партии это осознают, очередь за избирателями
В связи с приближающимися выборами об актуальных вопросах внутренней политики «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с политологом и психологом Рамазом Сакварелидзе.
- Как вы оцениваете старт «Грузинской мечты» в Дворце спорта в рамках подготовки к местным выборам?
- Аналогичные стартовые мероприятия всегда больше направлены на представление, демонстрацию своих сил. Думаю, эта демонстрация состоялась, если учесть ту энергетику, которая была, по моему наблюдению, в зале Дворца спорта, я имею в виду количество народа и их настроение, несмотря на плохую погоду.
- Один из лидеров коалиции Гия Вольский заявил, что обсуждение кандидатур велось давно и коалиция при выборе не учитывала партийной принадлежности. На ваш взгляд, какими критериями руководствовалась коалиция при подборе кандидатов и насколько правильные кандидатуры были подобраны?
- Мне, так же как и той части населения, которая на местных выборах не обсуждает непосредственно своих кандидатов и переключается на кандидатов другого региона, ответить на этот вопрос сложно. У местных выборов есть эта специфика. Регион должен знать избираемого человека. Таким образом, мне будет трудно охарактеризовать этих кандидатов. На мой взгляд, кандидаты были подобраны по признаку близости к региону и профессиональным качествам. К тому же, премьер-министр указал на их профессиональный ценз – экономисты, юристы и т.д. Как видно, при обсуждении кандидатур решающую роль играли профессиональные качества.
- Активисты «Грузинской мечты» в регионах утверждают, что коалиция укомплектовала региональные и районные избирательные штабы бывшими зондерами «националов». До парламентских выборов 2012 года «старая гвардия» «Грузинской мечты» так громко говорила об этом, что возникает неудобный вопрос – что происходит в региональных организациях «Мечты»? Коалиция не доверяет своим активистам и собирается победить на выборах с помощью опытных кадров «националов»?
- В политике часто бывает так, что «старая гвардия» остается без внимания со стороны властей, так как «эта гвардия» всегда намного больше того количества мест, которые есть у властей. Но я думаю, что сейчас мы не имеем дело с этим явлением, так как можно было обсуждать таких кандидатов, которые не относятся к «старой гвардии», являются новыми лицами и не ассоциируются с «националами».
На мой взгляд, дело может быть в том, что касается опытных кадров. Факт, что у «гвардии» «националов» есть богатый опыт в избирательных процессах. Я не исключаю, что тут со стороны «националов» может быть заложен эффект «троянского коня». «Националы» заинтересованы в серьезном результате на местных выборах. Они не только знакомы с избирательными технологиями и тем, как нужно выигрывать на выборах, но и с тем, как использовать своих людей в местных самоуправлениях, чтобы получить на выборах ту картину, которая им нужна. У «националов» есть опыт местных рычагов.
Попадание «националов» в таких больших дозах в избирательные штабы коалиции, если можно так выразиться, «в форме «Грузинской мечты», может подразумевать именно то, чтобы на местах победило как можно больше таких людей, которые в нужный момент будут действовать в пользу «националов» в рядах любой партии. Поэтому тут уместно использование метафоры «троянский конь».
- С учетом того, что приближающиеся местные выборы будут существенно отличаться, на ваш взгляд, есть ли реально местные элиты, которым по силам взять ответственность за местные дела и делать дела в соответствии с законом? Вопрос может быть логичным потому, что местные элиты всегда действуют по принципу – да здравствует тот, кто пришел! Сначала они поддерживали коммунистов, потом «Круглый стол», потом «Союз граждан», потом «Нацдвижение» - по вашим наблюдениям, на местах значительно изменились политические настроения и есть ли ресурс того, чтобы самоуправление, несмотря на желание центральных властей, реально стало народной властью?
- Чтобы в этом плане что-то изменилось, речь идет о серьезных мировоззренческих и психологических переменах, это должно быть вызвано другими факторами. За этот период, от коммунистов до «националов», ничего не менялось. Если на местах у органов власти не будет правовых и экономических рычагов для того, чтобы самостоятельно определять свою судьбу, там всегда будет действовать принцип «да здравствует тот, кто пришел!».
В сегодняшнем законодательстве есть попытки увеличить долю местных управ, но это законодательство пока не заработало в регионах. Так что, этот закон пока не сформировал свою элиту. Региональные элиты формируются в рамках законодательства в определенной ситуации. Элиты «созревают» и адаптируются в соответствии с законами.
Пока у местных властей не будет реальной власти, до тех пор они не станут выражать волю местного населения. Они всегда будут смотреть в руки центральных властей и всегда наше региональное самоуправление будет искать тех, у кого хорошие отношения с центральными властями и кто за счет этих отношений сможет сделать что-нибудь для региона. Пока что центр остается головой всему, так как они не так сильны, чтобы действовать независимо от центра. По-прежнему в силе воля центральных властей и приближенной к ним.
- Ваш коллега, политолог Вахтанг Дзабирадзе в беседе с «ИнтерпрессНьюс» высказал такое мнение – «Местные выборы станут последними выборами, на которых избиратели поддержат «Грузинскую мечту». Согласны ли вы с ним? И если да, то почему так может произойти?
- Вообще, я во многом согласен с Вахтангом и очень люблю его анализ, но в этом случае я не могу говорить с такой уверенностью. На мой взгляд, политический портрет «Грузинской мечты» еще не сформировался в таких четких штрихах, чтобы можно было строить предсказания.
Пришедшее после «Революции роз» к власти «Нацдвижение» не было неопытным. Его лидеры – Жвания, Бурджанадзе, Саакашвили – занимали высокие посты при прежней власти и знали, что такое государство и имели представление о правилах действия на должности. У «Мечты» такого опыта за спиной не было. Она управляет и учится в процессе управления. За год она прошла довольно длинный путь со своими плюсами и минусами. Соответственно, сегодня трудно сказать, как она сформируется. У нее уже набралось много плюсов. Какие признаки она примет за следующий год, я сказать затрудняюсь. Так как тот мотив, который заставил Вахтанга сказать эту формулу, связан с разочарованием. Сможет ли «Грузинская мечта» своими энергичными действиями завоевать симпатии населения, это еще впереди. У самой «Грузинской мечты» был период адаптации. По-моему, этот период еще не завершен.
Стиль «Грузинской мечты» очевидно изменился после того, как премьером стал Гарибашвили. Этот стиль стал более резким. В итоге, он будет становиться еще резче или потухнет, это покажет время. Не исключено, если «Грузинская мечта» хорошо проанализирует прошедший период. У меня остается впечатление, что анализы и выводы меньше касаются того, что должно измениться и в каком направлении.
Я не исключаю, что «Грузинская мечта» в будущем еще завоюет поддержку избирателей. Это будет зависеть от того, каким будет оппозиционный спектр. Появится ли альтернатива, чтобы привлечь больше внимания населения, чем правящая партия.
- Как утверждает политолог Сосо Цинцадзе, несмотря на то, что до выборов осталось менее двух месяцев, в «Грузии есть дефицит оппозиции». Налицо проблема оппозиционного лидера. По его словам, среди оппозиционных лидеров жизнеспособность сохранила лишь Нино Бурджанадзе, и если за короткий срок мелкие партии смогут объединиться с Бурджанадзе, у них появится реальные шанс на победу, иначе ни одна политическая сила не сможет серьезно конкурировать с «Грузинской мечтой». Кроме того, по словам Цинцадзе, «поляризация во внутренней политике достигла опасного предела». На ваш взгляд, есть ли в оппозиции проблема лидера? И еще, насколько основательно утвержедние, что перед выборами «поляризация достигла опасного предела»?
- Я согласен и с Сосо Цинцадзе, но тоже частично. Анализ о недостатке оппозиционного лидера интересен тем, что он не говорит о «националах». Он, как и я, не считает, что «националы» являются реальной оппозицией. В советское время в одной политической команде довольно распространенным явлением была война компроматов. Секретарь райкома собирал компроматы на своих сотрудников, чтобы легче управлять ими. Компрометируемыми людьми легко управлять. Для этого «Нацдвижению» было нужно создание огромной видеотеки компроматов.
С другой стороны, издевка судьбы заключается в том, что само «Нацдвижение» оказалось скомпрометированной партией. На фоне внешнего сопротивления это все равно управляемая скомпрометированная партия, хотя бы потому, что они постоянно просят прекратить уголовное преследование и хотят избежать выявления известных обществу компроматов и реагирования на них. Поэтому их нельзя назвать свободными оппозиционерами, их тяжелит собственное прошлое. Таким образом, правильно, когда поиски лидеров актуальны не среди «националов», а среди других партий. Я согласен с Сосо в том, что Нино Бурджанадзе отличилась на президентских выборах. Но и тут ей предстоит сделать еще много шагов вперед.
Несмотря на то, в каких регионах они займут ведущие места, в том же Тбилиси, каждый регион имеет свою ценность и вес, Бурджанадзе и объединившиеся с ней силы должны попытаться занять второе место и еще больше усилить свою заявку в преддверии парламентских выборов. Местные выборы являются подготовительным этапом к парламентским выборам, партии это осознают, очередь за избирателями. Наверное, население должно взглянуть на эти выборы и в этом плане. Как и на всех выборах, решающее слово принадлежит населению. Сейчас главное то, смогут ли они представить третью силу в качестве серьезной политической силы.
Я считаю, что поляризация во внутренней политике не так сильна и не так реальна, как это кажется и видится. Но то, что есть дефицит оппозиционного лидера и имеющийся лидер должен усилиться на этих выборах, как это произошло на президентских выборах, очевидно. Результаты местных выборов во многом определяют то, у кого будут самые высокие шансы на победу или получение лучшего результата в парламентских выборах.
- Наверное, картина прояснится после того, как партии обнародуют мажоритарные списки, но, на ваш взгляд, кроме Бурджанадзе, кто из внепарламентских партий может иметь шанс на ощутимые результаты?
- Что касается группы, объединившейся вокруг Зураба Харатишвили, если не ошибаюсь, в эту группу входят национал-демократы и европейские демократы. У этой группы есть общий признак, в свое время эти партии были созданы «националами» и проводили политику «Нацдвижения». Поэтому я сомневаюсь, что избиратели позволят им получить какой-либо ощутимый результат на этих выборах. Но определенную часть голосов наверно они получат.
Что касается групп Кукава и Бурджанадзе. несмотря на то, что у обеих групп очень хорошее представительство, для них было бы лучше не делить голоса и действовать единым списком. Пока не поздно, посмотрим, что случится в оставшееся время.
В любом случае, желательно, чтобы общество осознало, что если они недовольны «Грузинской мечтой» и в то же время не являются сторонниками «националов», то для них привлекательной может оказаться третья политическая сила. На президентских выборах третья сила набрала не так много голосов. Я не думаю, что им по силам отобрать сейчас у «Мечты» много голосов, но приближающиеся выборы с точки зрения формирования политических центров больше являются тестом для народа, чем для какой-либо политической силы. Лидеров создает общество. Без поддержки общества лидер становится одним обыкновенным гражданином.
Беседовал
Коба Бенделиани
