Рамаз Сакварелидзе – Отказавшись от участия в заседании Совета безопасности, премьер показал, что не собирается участвовать в спектакле Саакашвили

О вероятных причинах неучастия премьер-министра в работе заседания Совета безопасности и результатах конференции судей «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с психологом и политологом Рамазом Сакварелидзе.

- Премьер-министр Иванишвили уже во второй раз отказался от участия в заседании Совета безопасности, который проходит при председательстве президента. На ваш взгляд, что хочет показать этим шагом Бидзина Иванишвили?

- Вероятно, происходит что-то такое, к чему часто прибегают парламентарии. Например, в знак протеста не участвуют в голосовании или вообще покидают зал заседаний и это расценивается как политическая акция. Если дистанцирование, бойкот являются политической акцией в случае парламента, то думаю, что и в иных случаях можно дать такое объяснение этому поступку.

Возможно, причиной этого бойкота является то, что председателем Совета безопасности является президент, а секретарем Совета безопасности – один из ведущих членов команды президента, фактически, этот орган контролируется «националами». В таком случае отношение Иванишвили к этому органу становится понятным. Кроме того, такое отношение бы не проявилось, если бы не было еще одного фактора – этот орган был практически бездейственным и продолжает оставаться таким.

Такое формулирование придал работе Совета безопасности министр внутренних дел Ираклий Гарибашвили. Вопросы, ради которых созывается заседание Совета безопасности на протяжении последних двух недель, на фоне 8-месячной пассивности, никак не входят в компетенцию и сферу решений Совета безопасности. Что должен был говорить Совет безопасности о защите грузинских солдат в Афганистане? Это прерогатива НАТО, в которой на уровне рекомендаций могло участвовать наше министерство обороны.

С другой стороны, пока не завершено следствие, никак не мог обсуждаться вопрос подготовки и размещения в Интернете видеоматериала, содержащего угрозы в адрес грузинских солдат. Для чего собрался в этом случае Совет безопасности, который даже не отреагировал на гибель солдат, было непонятно.

Получается, что президент вкладывает в проведение заседание политический смысл. Возможно, он хотел продемонстрировать, что в стране протекает сосуществование, инициатором и автором которого является он, и распределить участникам этой декорации роли. Отказавшись от участия в заседании Совета безопасности, премьер показал, что не собирается участвовать в спектакле Саакашвили. На мой взгляд, в этом нет ничего непонятного.

- Саакашвили заявил - «Совет безопасности – это формат, где все должны встать выше своих личных эмоций». Иванишвили не смог встать выше личных эмоций или что хотел сказать этим президент?

- «Нацдвижение» постоянно пытается перейти на личные эмоции. Между прочим, Запад тоже часто говорит – отложите личную интерпретацию в сторону, сядьте и способствуйте сосуществованию. Где были эти личные эмоции целых 8 месяцев? Или это время страна ни в чем не нуждалась? Или тема сосуществования была нужна для того, чтобы созвать заседание Совета безопасности и придать ему деловой вид. Такой шаг на протяжении 8 месяцев президент не предпринимал. Зато, Совет безопасности с хорошим финансированием президент заставил работать на пропаганду против Иванишвили.

- Заявление Иванишвили об участии-неучастии в заседании Совета безопасности содержало оттенок недоразумения. Остается впечатление, что он вообще не собирается участвовать в заседаниях Совета безопасности, но четко об этом практически ничего не говорит. На ваш взгляд, почему?

- Почти полтора года мы наблюдаем за человеком, лицо которого вообще не знали до этого. Мы знали лишь имя и дела. Полтора года назад было ясно, что политическая премьера не является плюсом премьера. Несмотря на это, мы увидели, что он достаточно эффективно освоил риторику публичных выступлений, его выступления на митингах были практически безошибочными и эффектными.

Есть еще риторика интервью, которую, как видно, ему еще предстоит освоить. Поэтому ему очень часто приходится после интервью возвращаться к сказанному и аргументировать это или отрицать. На мой взгляд, то же самое произошло и в этом случае. Он сказал, что «его не интересует», но осталось непонятно, если его не интересует, то почему он дал толчок следствию, почему обсуждает эту тему и т.д.

- Что касается того, примет ли участие Иванишвили в работе следующего заседаний Совета безопасности? Если не примет, то почему он об этом не сказал?

- И это является частью риторики, что нужно говорить, а что нет. Как видно, он пока еще не так четко сформулировал свою позицию, чтобы высказать принципиальную формулу, почему он не примет участие. Если бы он это сделал, то должен был аргументировать решение и затронуть приблизительно те же вопросы, а это не тема для короткого разговора. С другой стороны, возможно, он специально избегает от аргументирования этого решения, так как за подобными событиями наблюдают через увеличительное стекло западные партнеры и считают, что со стороны Иванишвили это было бы изменой сосуществованию. Очевидно, что Иванишвили не хочет обсуждать эту тему открытым текстом из-за присутствия иностранной аудитории.

- Уже проанонсировано, что заседание Совета безопасности будет созвано и на следующей неделе. Как вы считаете, премьер примет в нем участие?

- Если следовать той версии, которую я изложил, он не должен принимать участие. С другой стороны, его участие в этом процессе может стать основанием острых отношений. Такого обострения Иванишвили не хочет. До октября осталось совсем мало. На мой взгляд, Иванишвили все же попытается не принимать участие в заседаниях Совета безопасности. Я все же думаю, что так будет лучше для страны, чтобы не был допущен прецедент столкновения этих двух фигур.

- Остается впечатление, что с проведением заседаний Совета безопасности у президента появилась возможность продемонстрировать, что он еще важен для страны. До тех пор президент сам избегал публичной встречи с премьером, для этого не раз уезжал за границу, его визит в Афганистан также служил этой цели. Остается впечатление, что в проведении заседания Совета безопасности преобладает момент пиара...

- На мой взгляд, все, что касается проведении заседаний Совета безопасности, полностью является элементом пиара, так как у него нет других действенных компонентов. В эти дни было сказано, что функцией Совета безопасности является подготовка аналитического материала. Сохранение аппарата нужно для того, чтобы этот аппарат работал. Но если подготовленный этим аппаратом анализ не перейдет в исполнительные структуры, тогда непонятно, для чего нужен этот анализ. Следует выяснить и то, что дает Совет безопасности в условиях нынешнего режима.

Президент нашел функцию для Совета. Он не ставил вопрос так. Но в данной ситуации он является управляющим ситуацией. Да, это его поведение – двойной пиар. С одной стороны, рассчитанный на иностранцев, а с другой – на самого себя и своих сторонников.

- Конференция судей выбрала семерых членов Совета юстиции. Большинство наблюдателей считают, что на судей не подействовали призывы исполнительной и законодательной властей сделать независимый выбор. Если не считать комментарии избранных и судей, участвующих в голосовании, по утверждению большинства наблюдателей, попытка формирования независимого и беспристрастного суда сорвалась. Как вы оцениваете результаты внеочередной конференции судей и ситуацию, сформировавшуюся в системе правосудия?

- К сожалению, я все же думаю, что пренебрежение моей профессией является проблемой не только в Грузии. Для меня, как для психолога, это очевидно. В частности, почему-то большинство политиков думает, что если людям дать возможность независимого выбора, то жизнь пойдет хорошо. Но проблема заключается в том и на это указывают результаты классических экспериментов, что, людям можно дать право выбора, но если у них нет достаточной компетенции, они сломают систему. Человек, делая выбор, должен иметь компетенцию или мотивацию.

Мы дали судьям возможность свободного выбора, но, как видно, тот, кому поручалось проработать этот вопрос, не проанализировал, насколько мотивированными будут судьи, чтобы заложить основание для приближенной к идеалу судебной системы. Как видно, их большинство было мотивировано на то, чтобы скрыть свои старые дела, гарантией чего было бы избрание одиозных фигур в Совет юстиции. Поэтому мы получили такой Совет юстиции, какой избрала конференция судей.

Беседовал

Коба Бенделиани