Александр Твалчрелидзе - «Думаю, Бидзина Иванишвили должен немного придержать свою команду и обучить ее корпоративной дисциплине»
Об актуальных вопросах внутренней и внешней политики «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с академиком Академии Естественных Наук Грузии Александром Твалчрелидзе.
- Чем больше проходит времени, тем больше безответных вопросов порождает к новым властям динамика политического процесса. Что может означать рост количество безответных вопросов по поводу фактов коррупции в министерстве сельского хозяйства, акции студентов, а также почти ежедневное тиражирование в публичном пространстве разных мнений представителей властей?
- В министерстве сельского хозяйства работали грузины. Видимо, грузин нужно ежедневно контролировать. Там, где крутятся деньги, бороться с коррупцией нужно очень жестко. Я знаком с Давидом Кирвалидзе и глубоко уверен, что он ни в чем не виноват, но факт, что близкие ему люди его подвели. Я не исключаю, что такие факты будут обнаружены и в будущем. Нет ни одной страны, где нет коррупции, поэтому это нужно жестко контролировать. Что касается разных высказываний от правительственной команды, думаю, Бидзина Иванишвили должен немного придержать свою команду и обучить ее корпоративной дисциплине. Публичный чиновник не является свободным человеком. Он должен озвучивать принятое в команде решение, а не собственное мнение. Иначе он окажется непригодным для командной работы.
Что касается вопросов, то после смены власти прошло всего 6 месяцев, давайте дождемся конца года.
- Премьер не скрывал, что бывший министр сельского хозяйства Давид Кирвалидзе требовал прекратить расследование по делу о коррупции. На ваш взгляд, почему Кирвалидзе требовал прекратить дело и почему посчитал премьер необходимым обнародование этой информации, какие выводы можно сделать из этого?
- Жестче всего наказывается тот член команды, который допустил ошибку. Не знаю, требовал ли Кирвалидзе прекращения следствия, об этом наверно нужно спросить генпрокурора, а не меня. Если он требовал, то это очень плохо.
- Шаги по освобождению суда от влияния прежних властей были сделаны, на это потребовалось определенное время и изменения в законах, но несмотря на обещания ни одно серьезное дело, о котором много говорили до выборов, пока не расследовано. На ваш взгляд, с чем это может быть связано?
- Все видели, как трудно было принять закон о судах. Парламент преодолел вето президента, но пока президент не подписал закон. Мы не знаем, пожалуется ли парламент в конституционный суд. Это является признаком сосуществования. Мы не должны спешить, все будет делаться медленно, но хорошо.
- Как вы оцениваете изменения в «Трудовом кодексе» и, на ваш взгляд, почему новые власти воздержались от большего приближения «Трудового кодекса» к европейскому трудовому кодексу?
- На мой взгляд, это связано с тем, что мы живем в режиме сосуществования. «Трудовой кодекс» изменится еще не раз. Это произойдет тогда, когда команда разберется и поймет, что она делает – строит социально защищенную демократическую страну или ориентированное на правые ценности государство. Исходя из этого «Трудовой кодекс» еще изменится. Пока в него внесены те необходимые изменения, без которых жить было нельзя.
- Несмотря на то, что западные партнеры не сомневаются во внешнеполитическом курсе нового правительства Грузии, президент и представители прежних властей продолжают критиковать внешнеполитический курс новых властей. Заявление Кахи Каладзе о возможных поставках газа из России президент оценил как фундаментальный пересмотр независимого курса. На ваш взгляд, насколько соответствует реальности оценка президента?
- Абсолютно не соответствует реальности. Кому передал президент в управление «Теласи» и «ЭнгурГЭС»? Непонятно, о какой альтернативе говорит президент. Он делает такие заявления, за которыми на самом деле ничего не стоит. Видимо, ему больше не о чем говорить. Если станет возможно осуществить поставки из России, это будет лишь диверсификацией поставок, а не ростом зависимости от нее. Если на одной линии случится авария, то заработает вторая. В этом нет ничего плохого и опасного. Если бы зависело от меня, я бы заключил контракт о поставках газа и с Ираном и сделал бы газохранилище, если мы хотим, чтобы страна была энергетически независимой и безопасной.
- Один из руководителей «Института развития демократии и свободы» Тея Тутберидзе давно обвиняет Вано Мерабишвили в сотрудничестве с «Грузинской мечтой». По ее словам, за 12 дней до выборов распространение тюремных кадров не могло произойти без Мерабишвили. Очевидно, что в «Национальном движении» происходят серьезные процессы, конкуренция между разными группами может перерасти если не в открытое, то в скрытое противостояние. Естественно, этот процесс подогревается и выбором кандидата в президенты от «Национального движения». Что происходит в партии?
- Мне кажется, что в октябре «Нацдвижение» распадется. Дай Бог, чтобы на его обломках возникла какая-то политическая сила, в которую вступят такие люди, которые не испачкали рук в крови. Тея Тутберидзе для меня не авторитет, я не верю, что между Иванишвили и Мерабишвили существует какая-то сделка.
На мой взгляд, в глубине «Нацдвижения», как в болоте ведется невидимая борьба за власть и иногда, как это свойственно болоту, на поверхности в результате противостояния появляются маленькие пузыри. На самом деле, ситуация в «Нацдвижении» намного сложнее и трагичнее, так как очевидно, что борьба входит в заключительный этап и внутри партии ведутся ожесточенные бои.
- На ваш взгляд, кто будет президентским кандидатом «националов»? Личность президентского кандидата будет указывать на то, каково в этой партии соотношение сил?
- На мой взгляд, не имеет никакого значения то, кого они выберут кандидатом в президенты. Очевидно, что кого бы они не назвали, президентских выборов им не выиграть. У кого есть ум, например, Давид Бакрадзе, тот должен отказаться от участия в президентских выборах. Поэтому я не уделяю этому вопросу большого внимания. Кандидат в президенты от «Нацдвижения» может быть заинтересован лишь в том, что если после поражения на выборах против него начнется правовое преследование, он может получить политическое убежище в любой стране.
- Если судить по последним заявлениям Гии Барамидзе, участие в президентских выборах он не исключает. Можно предположить, что тот же Барамидзе хочет участвовать в выборах по той причине, которую назвали вы?
- Не знаю, спросите об этом у него. К Барамидзе есть очень много вопросов по тому же сванетскому делу и многим другим делам. Я не имел в виду Барамидзе.
Беседовал
Коба Бенделиани
