05.12.2012

05.12.2012

Джимшер Отанадзе – "Сотрудники СОД предупредили меня, - следи за Кобой, дай нам его арестовать, не то по личному приказу президента мы можем его ликвидировать"

"Национальная" катастрофа – согласно исследованию IRI, рейтинг "Оцнеба" в пять раз превышает рейтинг "националов"

Армаз Хардзиани – "Мне сказали, как-нибудь привези Эмзара Квициани, дай нам его арестовать и выйдешь на свободу"

Джимшер Отанадзе – "Сотрудники СОД предупредили меня, - следи за Кобой, дай нам его арестовать, не то по личному приказу президента мы можем его ликвидировать"

"Гражданскому лицу Кобе Отанадзе предъявлено обвинение по двум взаимоисключающим статьям – неподчинение и бунт. Взрывным устройством признали его мобильный телефон, к которому якобы подключались какие-то капсулы. Опираясь на подобные глупости и предположения, ему присудили 29 лет заключения. На суд привели больше 120 военных, которые говорили, что о бунте в казармах узнали из "Курьера". Коба тоже узнал об этом по телевидению, позвонил нам и сказал, нет проблем, все выяснится, но потом его, Левана Амиридзе и Гию Криалашвили объявили в розыск и был отдан приказ об их ликвидации", - заявил брат Кобы Отанадзе Джимшер Отанадзе в интервью газете "Квела сиахле".

"Как только их объявили в розыск, началась слежка за членами нашей семьи и близкими. Забрали моего двоюродного брата Зазу Сандодзе, пытали в региональном управлении Мцхеты, потом перевели в ДКБ, где его лично пытали Дата Ахалая и Эрекле Кодуа. Зазу отвезли в лес под монастырем Джвари, где для запугивания выстрелили в ноги. Он должен был признаться, что перевозил разыскиваемых на машине. Не получив показание, они долго пытали его, затем в тюрьме все же заставили признать и присудили ему 2 года. Через неделю арестовали моего младшего брата по смешному обвинению – якобы он тапком избил восьмерых спецназовцев. Судья сказал, что тапки это стыдно, запишите что-нибудь другое, и потом написали, что спецназовцев он избил шваброй. На рассвете взяли меня, отвезли в здание "модуля". На следующий день Кобу расстреляли на Тианетском шоссе. На рассвете меня освободили и я увидел, что арестованы 18 моих родственников", - отметил в беседе с корреспондентом издания Джимшер Отанадзе.

"Все трое прятались в глданском лесу, недалеко от дач. Затем они позвонили какому-то близкому, чтобы уехать оттуда. В деле фигурирует женщина, которая привезла им микроавтобус, который был отделан фанерой. Наверное, на суд приведут ту женщину, и мы узнаем, кто это. Вот, что говорит Коба: в машине были спрятаны спецназовцы, в противоположном направлении ехала патрульная машина и как только она проехала мимо нас, то сразу развернулась и перекрыла дорогу. В это время из укрытия выскочили спецназовцы и прямо открыли огонь, расстреляли нас троих и выбросили из машины. Гиви Таргамадзе сказал про Кобу, это тот парень, который сгибает рукой железные однорублевые монеты, и Кобе прострелили запястья, повредили почти все органы. Уже мертвого Криалашвили Таргамадзе пинал и ругал. Там были и министр внутренних дел и мэр города. Ранее сотрудники СОД предупредили меня, - следи за Кобой, дай нам его арестовать, не то по личному приказу президента мы можем его ликвидировать! Коба не выходил на связь с нами, он хорошо знал, что все его разговоры прослушивались", - продолжил респондент.

"На пятый день после этого Кобу перевели в тюремную больницу, он был подключен к аппарату, боролся со смертью. Ему принесли написанный на бумаге текст и сказали, чтобы он прочитал. Этот процесс снимался на видео, чтобы потом показать по телевидению. Когда он отказался, ему сорвали капельницу и сбросили с кровати. У Кобы раскрылись раны и он потерял много крови. Ответственность должен понести и начальник тюрьмы, по какому праву к нему в тюремную больницу входили спецназовцы и сотрудники ДКБ? 12-ти толи 14-лисвечовую люстру постоянно держали включенной, не давали ему спать и пытали", - говорит Джимшер Отанадзе.

"Самую большую агрессию Саакашвили проявил к Кобе Отанадзе, когда пришел в Мухрованскую часть. В тот период на проспекте Руставели были разбиты палатки, тысячи человек выражали протест и неожиданно случился Мухрованский бунт. Инсценировав бунт в Мухровани, Саакашвили поймал трех зайцев – дал армии пощечину, разогнал митинги и запугал народ. Через месяц освободили многих высокопоставленных военных, около 200 профессионалов выгнали из армии... Бачо Ахалая был назначен министром обороны. Проигранную войну мы праздновали как победу и кричали "ура". Командир батальона Горгиашвили сказал, что объявляет протест и не примет участия в параде 26 мая, что мы празднуем, когда погибло столько ребят. Между прочим, кадры, отображающие как Саакашвили выговаривает армии претензии – где Отанадзе, кто завел танки, сняты в Вазиани, а не в Мухровани", - заключил респондент и на вопрос – "Кто должен понести ответственность за случившееся?" - ответил:

"Мы требуем объективного расследования. Народ должен узнать, какие чиновники внесли вклад в это дело, что хотел мэр города на месте спецоперации? Нужно выяснить и то, почему участвовали гражданские лица – Угулава-Габашвили в военных операциях во время августовской войны, как они давали приказы и т.д. Народ раз и навсегда должен узнать, был ли бунт. Почему обвинение в бунте предъявлено лишь трем лицам – могут трое человек устраивать бунт?! О каком бунте речь, когда не вылетело ни одной пули, из военной части не вышел ни один человек. Пустили слух, якобы военные должны были танками пройтись по зданию "модуля". Надеюсь, скоро начнется расследование и будет ясно, кто участвовал в спецоперации, кто расстрелял их. Тем спецназовцам раздали по 12 тысяч. Главное, когда их ночью выводили, их обманули, что нужно расстрелять "барыг", которые вооружены. Не знаю, спецназовцы поверили и поэтому расстреляли этих безоружных людей, или решающую роль сыграли деньги. Ответственность должна лечь на все "Национальное движение" во главе с Саакашвили, Мерабишвили, Таргамадзе и Угулава". (Статья: "Инсценировав бунт в Мухровани, Саакашвили поймал трех зайцев" / "Ответственность должна лечь на все "Национальное движение" во главе с Саакашвили, Мерабишвили, Таргамадзе и Угулава")

"Если бы завтра проводились президентские выборы, 63% опрошенных поддержали бы кандидата "Картули оцнеба", 13% - "Национального движения", 3% - Христиан-демократического движения. Результаты очередного исследования Международного республиканского института (IRI) вчера опубликовала телекомпания "Имеди". По оценке политологов, поддержка 13% для бывшей правящей силы это катастрофа. Таких оценок не избегают и эксперты, поддерживающие "Национальное движение". Эта информация напомнила Давиду Дарчиашвили русскую пословицу – по его словам, "как говорят русские, еще не вечер". По его же словам, в этом "нет ничего нового – новые власти всегда поддерживают 63%, а не 80%", - пишет газета "Резонанси".

"Уменьшение поддержки бывших властей это проблема. Это проблема в восприятии политических процессов со стороны общества. Когда рейтинг так низок, это означает, что общество реально не видит, что сделано предыдущими властями, это катастрофа", - заявил руководитель Центра исследования вопросов международной безопасности Ника Читадзе. Директор Международной школы исследования Кавказа Гия Нодия объясняет падение рейтинга "националов" тем, что "как правило", некоторые осознанно поддерживали "Национальное движение", а некоторые потому, что эта партия была у власти, а когда победила другая партия, то они сменили настрой – "большая часть людей конформисты и они следуют течению и меняют мнение. Какая-то часть людей оправдывает аресты и им нравится это, но я не думаю, что это основной мотив", - заявил Гия Нодия, по словам которого, 13% являются для "Национального движения" очень неприятным результатом", - отмечает издание.

"Когда в ноябре 2003 года рейтинг "Национального движения" был сравнительно низок, после "Революции роз" настрой людей принципиально изменился и новые власти имели огромный рейтинг, а другие партии – никакой. Сегодня революции не было, но создалось определенное состояние эйфории – так что это исследование отражает реальность. Если сравнить с проигравшими партиями прошлых лет, которые после поражения вообще оставались без рейтинга, "Национальное движение" все же смогло сохранить себя и однозначно является главной оппозиционной партией", - заявил в беседе с корреспондентом издания Гия Нодия.

"Это настоящая катастрофа для "националов"! Однако, учитывая то, что это IRI, можно внести в это сомнение, но если эти 13% достоверны, то "националы" должны были получить этот результат на выборах. Это просочившаяся информация, а не нормально опубликованная. Не думаю, что 63% "Картули оцнеба" являются показателем эйфории. Если вспомнить, что 63% это число, которое по некоторым исследованиям было у "Картули оцнеба", на мой взгляд, "Оцнеба" ни в чем не прибавила, просто оценивать "националов" теперь можно свободно", - отметил в беседе с корреспондентом издания Рамаз Сакварелидзе.

"Мы видим, что "националы" включаются в дебаты с риторикой, якобы "Оцнеба" не выполняет данные народу обещания. Спустя всего два месяца говорить об этом бессмысленно! Они также говорят о политическом преследовании, что также бессмысленно, потому что все крупные политические фигуры, кроме Бачо Ахалая, по-прежнему остаются на свободе. Что касается Бачо Ахалая, то о нем в обществе не появляется никаких политических мотивов. Население отрицательно воспринимает эти заявления "националов" и постоянно жалуется – почему этих людей подпускают к СМИ! Если они найдут более разумную нишу, в которой их высказывания будут более аргументированными, если сменят главных лиц, снизят агрессию, только в таком случае их рейтинг может подняться", - считает Рамаз Сакварелидзе. (Статья: "Национальная" катастрофа – согласно исследованию IRI, рейтинг "Оцнеба" в пять раз превышает рейтинг "националов" / Дарчиашвили: "Еще не вечер")

"Однажды мне показали видеокадры, как насилуют одного известного человека – его имени я назвать не могу, но кто насиловал – знаю... Это был добровольный акт. Т.е. тот, кого насиловали, знал, что это будут снимать. Исполнителем был один из т.н. "куриц" Глданской тюрьмы – эти кадры мне показали после того, как я категорически отказался от нескольких предложений", - заявил бывший член Консервативной партии Армаз Хардзиани, отбывающий наказание в тюрьме №17, в интервью газете "Квела сиахле".

"Первым предложением была дискредитация Звиада Дзидзигури и Кахи Кукава – я должен был подбросить им 10 000 долларов. Потом, когда оппозиция ослабла и поднялась тема бывшего поверенного президента в Кодорском ущелье Эмзара Квициани, мне предлагали встретиться с ним в Сванетии. В качестве журналиста у меня были хорошие отношения с Квициани, однажды по телефону он предложил мне встретиться в Сванетии, в селе Кала. Я категорически отказался, так как если бы арестовали Квициани, никто бы не поверил в то, что я не "сдал" его. Это произошло в апреле 2010 года. В тюрьме мне сказали, что я ведь могу привезти Эмзара в село Кала, - как-нибудь привези Эмзара Квициани, дай нам его арестовать и выйдешь на свободу. Я, под страхом смерти, не отказался прямо, я хотел выйти живым из Глданской тюрьмы. Я сказал, что привезу и пусть они арестуют, но если ко мне придут жена и дети и спросят, почему я сделал это, как мне им ответить, научите меня. Ты не хочешь освободиться – сказали мне..." - отметил в беседе с корреспондентом издания Армаз Хардзиани.

"Затем, к моему несчастью, решили устроить финансовую проверку "Палитра-медиа", помните наверно, как в одновременно 6 организаций медиа-дома вошла налоговая служба и на протяжении месяцев вела проверку, но ничего не обнаружила. В три часа ночи меня перевели из камеры в административное здание. Меня спросили, что я могу сказать о "Палитре", где у них слабинка, на чем их можно поймать? Сказали, чтобы я подумал над этой темой, и завтра должен был состояться разговор, - меня вернули в камеру, но через полчаса опять вывели. Какой это психологический метод, знают лишь побывавшие в Глданской тюрьме. Второй ночью меня вывели и дали посмотреть то 15-минутное видео. Мне сказали, что это ждет и меня. Когда я сказал, что меня это не ожидает, потому что если вы меня не убьете, я сам покончу с собой. Они ответили, что если я покончу с собой, у меня останутся дети и супруга. Они назвали школу, в которую ходили мои дети и салон, в который сдавала работы моя супруга. Даже назвали цвет волос моей супруги", - продолжил респондент.

"Когда я окончательно отказался от сотрудничества, они позвали тогдашнего начальника режима Олега Пацация, сказали ему что-то на ухо и указали, чтобы он забрал меня. Пацация вывел меня, остановил и заявил, что ему сказали обо мне, что я хочу покончить с собой. Если я верну тебя в камеру, ты покончишь с собой там или в карцере? - спросил он. Я молчал, курил сигарету, думал, что это моя последняя сигарета... Затем Пацация позвал одного офицера, сказал, чтобы тот забрал меня в камеру. Меня отвели в камеру, которая была рядом с баней. Тот, кто не бывал в этой тюрьме, не поймет, что означает камера рядом с баней. Там каждую ночь слышались ужасные крики, которые затем переходили в визг и стоны – это было ужасное психологическое воздействие для того, чтобы я выступил с заявлениями против "Палитра-медиа", якобы в этом медиа-доме журналистов заставляли писать заказные статьи и т.д. Когда я признал сфабрикованное обвинение, почти все отвернулись от меня. Дзидзигури и Кукава, ради которых я отказался от свободы, раскритиковали меня. Я не разбойник, если это дело расследуют объективно, я легко смогу это доказать", - заключил Армаз Хардзиани. (Статья: "Мне сказали, как-нибудь привези Эмзара Квициани, дай нам его арестовать и выйдешь на свободу" / Что ставит в укор Армаз Хардзиани бывшим однопартийцам")