Москва ожидает развития событий в Украине и предложит Киеву вступить в Евразийский союз тогда, когда Украине будет трудно отказаться от этого предложения
О приоритетах российской внешней политики "ИнтерпрессНьюс" побеседовал с главным редактором журнала "Россия в глобальной политике" и членом приближенной к Кремлю неправительственной организации "Совет по внешней и оборонной политике" Федором Лукьяновым.
- Господин Лукьянов, после возвращения в Кремль в ранге президента Путин провел много визитов и сделал много заявлений о внешней политике России. Как бы вы охарактеризовали контуры внешней политики России?
- Визиты и заявления Путина не внесли изменений или корректив во внешнюю политику России. Ее контуры известны были изначально. Россия будет проводить очень осторожную внешнюю политику и попытается не вызывать какие-либо конфликты. Что касается приоритетов, то приоритет России номер один – это Китай.
Путин не очень хорошо себе представляет, какую политику должна проводить Россия с новым Китаем. Китай становится все более активным в мировой политике, а его экономика по качеству во много раз превышает возможности России. Формально, отношения с Китаем очень хорошие, все отмечают, что это лучшие отношения в истории, но фактически, с учетом тех тенденций, которые имеют место в Китае, вопрос характера отношений с Китаем очень скоро встанет на повестке дня в России. Пока непонятно, как должна балансировать Россия растущий политический и экономический вес Китая. На мой взгляд, у Путина двоякое отношение к Китаю. С одной стороны, он понимает, что Китай самый большой и важный сосед, но он не доверяет ему, впрочем, никогда не показывает это.
Второе направление – Европа. Тут все непонятно из-за того, что единая Европа расклеивается и какой она будет через пять лет, никто не берется утверждать. Для России Европа важна потому, что Европа является самым крупным партнером России. Более половины внешней торговли России приходится на Европу. К этому прибавляется и то, что в российской дискуссии традиционно участвует европейский фактор и играет очень большую роль. Речь о том, должна ли Россия выбирать европейскую модель развития. Дело в том, что эта модель куда-то исчезает, и я не знаю, как это отразится на дискуссии в России.
Третье направление – Евразийский союз. Как превратится Таможенный союз в Евразийский союз. Критики этого проекта считают, что Евразийский союз создается для возрождения СССР. На мой взгляд, вовсе нет, более того – целью этого проекта не является объединение как можно большего числа стран. России нужно объединить в Евразийский союз Украину, как ключевую страну. Больше никто России в этом союзе не нужен. В вопросе вступления Украины в Евразийский союз есть очень много проблем. Полтора года назад я мог сказать, что Украина никогда не вступит в этот союз. Сейчас, когда я наблюдаю за действиями украинских властей, я не понимаю, чего они хотят. Сейчас шансы вступления Украины в Евразийский союз больше, но сложное положение в самой стране. Это делает менее вероятным согласие Киева по этому вопросу. Евразийский союз – серьезный интеграционный проект. Это не имитация интеграции. Евразийский союз – это попытка того, чтобы для участия в нем найти экономическую основу не только для Украины, но и для других членов союза. Но с этой точки зрения пока ничего не выходит. Приблизительно так выглядят приоритеты внешней политики России.
- Вы специально пропустили Америку или забыли о существовании США?
- К этому моменту тема США не является актуальной. Пока в США не выберут президента, рано говорить о чем-либо. Говорить сегодня о чем-то с Обамой бессмысленно, так как он ничего не решает. Из-за того, что сейчас решается судьба Сирии, на эту тему с ним еще можно говорить. Другие вопросы бессмысленно обсуждать с Вашингтоном, пока там не состоится инаугурация нового президента. Многое зависит от того, кто будет следующим президентом США. Даже в том случае, если опять выберут Обаму, в отношениях США-Россия серьезных изменений не ожидается, потому что сегодня нет реальной повестки дня для сотрудничества между США и Россией, а говорить только на противоракетную тематику надоело всем.
- В связи с законом о языке ситуация в Украине очень накалилась. По мнению известного российского журналиста Михаила Шевченко, Кремль должен убедить украинских националистов, что закон о языке не развалит страну, и договориться с ними о вступлении Украины в Евразийский союз. На ваш взгляд, сможет Москва договориться с украинскими националистами и убедить Украину во вступлении в Евразийский союз?
- Вопрос о языке в Украине не имеет никакой связи с Россией. В прошлые годы Россия активно участвовала во внутриукраинских спорах и естественно, поддерживала именно полезные для России тенденции. То, что сейчас происходит на Украине, это внутриполитическая борьба и очень хорошо, что Россия в ней не участвует и не высказывает свое мнение по этому вопросу. Если Россия будет проявлять активность в вопросе языка, в Украине все оценят это как вмешательство России во внутренние дела Украины.
Что касается вступления Украины в Евразийский союз. В принципе, Украина не должна вступить в Евразийский союз, так как в стране мнения по этому вопросу расходятся. Сегодня в Украине не функционирует власть, которую поддерживает все население страны. В такой ситуации Киев не может принять решение, которое обяжет его вступить в Евразийский союз или НАТО. Сегодняшние власти Украины действуют настолько непонятно и иррационально, что это приведет страну к такой ситуации, когда у Украины не будет другого выбора, кроме вступления в Евразийский союз. Экономическое положение на Украине ухудшается, у нее испорчены отношения с Западом и этот процесс углубляется и продолжается. Возможно, действительно будет так, что у Украины не будет других вариантов, кроме вступления в Евразийский союз. Сейчас Россия поступает очень умно - ожидает развития событий в Украине и предложит Киеву вступить в Евразийский союз тогда, когда Украине будет трудно отказаться от этого предложения.
- На ваш взгляд, какие планы есть у Кремля в рамках проекта Евразийского союза в отношении Южного Кавказа и, в частности, в отношении Грузии?
- Никаких. Евразийский союз Грузии не касается. Сейчас Грузия не является актуальной темой. Спасибо Господу, что на спорных территориях обстановка стабильная. Отсутствуют риски обострения и новой войны. У России был один вопрос к Грузии – касательно вступления России в ВТО, который решился за счет дипломатических игр и реверансов в адрес друг друга. Сейчас в России тема Грузии не является предметом дискуссии. В российских СМИ не освещаются даже процессы, связанные с активностью появившегося в грузинской политике Иванишвили и его команды. Остается впечатление, что в России никого не интересуют текущие грузинские политические процессы. Вообще, как я думаю, проект Евразийского союза не распространяется на Южный Кавказ. Единственная страна, которую Россия хочет видеть в Евразийском союзе из-за ее экономического и политического внимания, это Украина.
- Недавно вице-премьер России Дмитрий Рогозин в интервью российским СМИ обширно говорил о перспективах усиления и расширения военной промышленности России. Параллельно этому, известный писатель Александр Проханов настойчиво утверждает, что Россия готовится к войне. На ваш взгляд, что происходит в российской военной промышленности и к борьбе с кем готовится Россия?
- Из-за того, что Проханов писатель, а не политическая фигура, я ничего не могу сказать о его высказываниях. Что касается Рогозина, он занимает такую должность, что должен вселять надежды на военные заказы людям, работающим в военном производстве. Его заявления означают, что государство будет заботиться о военной промышленности. На самом деле, все не так просто. Риторика Рогозина направлена на то, чтобы компенсировать достаточно нежелательные шаги, на которые придется пойти властям. Власти объявили о вложении в военную промышленность 3 триллионов рублей за 10 лет. Речь идет об американских масштабах финансовых затрат, но практически никто не сомневается, что эти суммы не будут выделены на военную промышленность, причиной чего будет назван мировой экономический кризис. Даже если ничего не произойдет, власти найдут какую-нибудь причину и заявят о секвестре выделенных на эту сферу финансов.
Что касается того, для чего вооружается Россия? В сегодняшнем мире обстановка нестабильна. Количество конфликтов не только не уменьшается, но и растет. Было бы странным, если Россия не обратит на это внимания. После завершения "холодной войны" прошло 20 лет, но количество конфликтов лишь значительно увеличилось.
- По оценке известного российского политолога Николая Злобина, у России нет партнеров на международной арене и она похожа "на ту кошку, которая гуляет сама по себе". В такой ситуации очень трудно осуществить внешнеполитические цели страны на международной арене. Между прочим, недавно из ОДКБ вышел Узбекистан и президент Каримов заявил о желании сотрудничества с НАТО. Насколько правильным вам кажется оценка Злобина?
- Естественно, в мире нет страны, которую Россия бы считала не только связанной с ней какими-то обязательствами, но и близкой к себе по идеологии и ценностям. Эта ситуация является результатом сложных процессов. В этом нет ничего хорошего, но я уверен, что по-другому быть и не могло. За последние 20 лет все на постсоветском пространстве было направлено на то, чтобы все бывшие советские республики думали о самоутверждении на международной арене, в такой ситуации сложно было установить с кем-либо союзнические отношения.
Да, в ОДКБ дела плохи, но существование этой организации необходимо. Особенно сейчас, когда Америка уходит из Афганистана, но в этом направлении у России ничего не получается. Эффективный альянс из ОДКБ не получается по разным причинам. Как это ни странно, у России нет союзником, но есть ключевые страны, с помощью которых она умудряется осуществлять долгосрочные стратегии. В первую очередь, это Италия, Германия и Франция. Правда, в этих странах на ведущих постах нет Шредера, Ширака и Берлускони, а отношения с их сменщиками не такие же, но интересы этих стран и России очень часто совпадают. Европейские связи России рассчитаны на долгосрочную перспективу, основа этих связей была заложена очень давно, и они продлятся очень долго.
У России очень сложные отношения с Россией. Вообще нельзя говорить о союзничестве, а партнерство с Китаем носит неравный характер из-за потенциала Пекина. Разумеется, из-за того, что у России нет союзников, она несет убытки. Россия осознанно не берет на себя никакие обязательства. Если ты не берешь на себя никаких обязательств, трудно надеяться на то, что кто-то возьмет на себя такие обязательства по отношению к тебе.
- Многие считают, что в России наступили "годы реакции", началась охота на чертей, власти практически запретили демонстрации, дума скоро примет закон о т.н. "агентах", ужесточили закон о клевете и вообще, власти закрутили гайки тогда, когда уже невозможно их закручивать и т.д. На ваш взгляд, что происходит во внутренней политике России?
- Утверждение, что нельзя еще сильнее закрутить гайки, неправильно. Если сравнить с тем, как закручивались гайки в истории России, сейчас ситуация достаточно мягка и благоприятна. Так что, не стоит сгущать краски. Я считаю, что то, что сейчас происходит в России, это обострение политической борьбы. В этой борьбе все стороны используют те инструменты, которые у них есть. Власти пытаются закрыть путь поступающим в Россию иностранным финансовым потокам и ограничить право людей на выражение мнения. Этого захотели бы любые власти, будь у них такая возможность. Руководство России считает, что у них есть такая возможность.
Если принять во внимание состояние общественности и то, что она проснулась, эти ограничения ничего властям не дадут. Те меры, которые работали раньше, больше не сработают. Сейчас невозможно закрыть страну, как раньше. Если власти не полностью закрыты, все остальные меры не имеют смысла. Сейчас ситуация такова, что вообще невозможно что-либо прогнозировать. Что произойдет во внутренней политике России, во многом зависит от внешних факторов и экономического положения. А также от того, какие войны начнет Америка и что будет с Европой.
В общем, есть очень много компонентов, которые влияют на процессы в России, но дело в том, что Россия не имеет никакой связи с этими процессами. Соответственно, руководство России не может контролировать эти процессы.
Беседовал
Коба Бенделиани
