Президент не может не быть гиперактивным

О причинах активности властей и пассивности оппозиции, о влиянии, оказываемом активностью президента на потенциального избирателя, а также, об особенностях психологического портрета грузинских избирателей "ИнтерпрессНьюс" побеседовал с психологом Нодаром Сарджвеладзе.

- Батоно Нодар, до парламентских выборов еще много времени, но если не страна, то телеэфир уже давно перешел в предвыборный режим. Преимущество властей в публичной политике очевидно. Как вы считаете, что может быть этому причиной, в общем, пассивность оппозиции, непредоставление телеканалами оппозиции достаточного времени или то, что признанная альтернативой властям "Грузинская мечта" остается в режиме ожидания?

- Наверное, все вместе. Но главное все же то, что с точки зрения выборов самым активной фигурой является президент. Многие жалуются на то, что он бесконечно разъезжает по регионам, каждый день открывает больницы, по полчаса выступает по телевидению. В такой ситуации вопрос можно задать по-другому – может ли Саакашвили действовать иначе? Мой ответ таков – президент не может действовать по-другому, не может не быть гиперактивным. Почему? Дело в том, что после прихода к власти он сам установил такие нормы действия президента, а сейчас сам находится в плену установленных им же привычек. Дело и в том, что сейчас он не сможет отвыкнуть от этого, несмотря на то, что это для него вредно, так как людям приелось видеть его на экране. Несмотря на это, он продолжит так себя вести.

По сравнению с другими политиками, Саакашвили есть что терять. Уход из политики для него равен политической смерти. Угрозы по отношению к нему не ограничиваются уходом из политики. Отношение к Саакашвили, с точки зрения негатива, так же радикально, как радикален он в своих действиях. В этой ситуации он считает, что только политической активностью и сохранением власти он может обеспечить свою безопасность. Именно этим объясняется его гиперактивность. Саакашвили сейчас похож на того гиперактивного ребенка, который не может без активности. Гиперактивный ребенок является гиперактивным не потому, что он так хочет, а потому, что он по-другому не может. Что бы ни говорили родители гиперактивному ребенку, а президенту – эксперты и советники, он все равно останется гиперактивным политическим актором.

- Как вы считаете, насколько эффективна публичная активность президента Саакашвили, и как влияет на потенциального избирателя пассивность всей оппозиции, в том числе "Грузинской мечты"?

- Создался такой контраст – чем больше активен Саакашвили, тем более пассивно и уравновешенно действует та часть оппозиции, которая находится в стане Иванишвили. Чем больше проходит времени, вырисовывается такая картина: Саакашвили как недобродившее молодое вино. Он до сих пор остается в таком состоянии и не может перейти к процессу брожения. Иванишвили и его команда добродили, и уравновешенно и неспешно ведут процесс.

Что касается того, как действует на общественность гиперактивность Саакашвили, ситуация приблизительно такова, какой была во время Брежнева. По телевизору то и дело показывали Брежнева, и люди переключали телевизоры на другой канал до тех пор, пока Брежнев не исчезал с экранов. Людям уже приелся и еще более приестся Саакашвили. Несмотря на то, что это дает ему обратный эффект, он все равно не остановится. Его машина настроена на такие действия, и его практически невозможно остановить. Это вовсе не означает, что пассивность оппозиции является эффективность. Если уравновешенность оппозиции будет продолжаться, это может им навредить. Им будет лучше, если они уравновешенно активизируются. Это касается всех оппозиционных сил.

- Как вы считаете, насколько велика вероятность того, что Саакашвили уйдет в отставку и возглавит избирательный список "Национального движения"?

- Я считаю, что это будет логичным шагом с его стороны. В случае поражения на выборах, ему угрожает серьезная потеря. Во избежание этой потери можно совершить только этот шаг. С учетом того, что для Саакашвили поражение на выборах равно катастрофе, такая вероятность достаточно высока. Это не случай с Берлускони, который был уже в возрасте. Саакашвили хорошо известно, что в случае поражения на выборах за ним останется только пропасть. Не знаю, что посоветуют ему советники, но сейчас налицо все знаки того, что он сделает все, чтобы не оказаться в этой пропасти. Лично я очень удивлюсь, если Саакашвили не возглавит избирательный список "Национального движения".

- Как бы вы охарактеризовали общий психологический портрет современного грузинского избирателя?

- Я приведу не свое мнение, а результаты исследования IRI. Оно было проведено год назад, но психотип так быстро не меняется. Поэтому оно актуально и сегодня. У граждан спрашивали – хотят ли они изменений в жизни и готовы ли что-то менять? Хотят ли смириться с существующей ситуацией? Кто выбрал изменения, того назвали активным, кто выбрал смирение – пассивным. Второй вопрос был таким – вы расположены с надеждой, или пессимистически? Кто настроен с надеждой, те оптимисты, вторые – пессимисты. Исследование выявило людей четырех типов: - 1. активные оптимисты, 2. активные пессимисты, 3. пассивные пессимисты и 4. пассивные оптимисты. Оказалось, что в нашей реальности более распространенными являются люди третьего и четвертого типов. Те, кто пассивны и ни на что не надеются, и те, кто пассивны, и в то же время безосновательно оптимистичны. Оптимистов и активных людей практически нет. IRI также отметила географическое распространение таких типов. Исходя из этого, у большей части населения нет особого желания перемен. Вторая группа людей даже не верит, что в стране возможны перемены. Избиратели такого типа проголосуют не за перемены, а за сохранение статус-кво. Приблизительно такова сегодняшняя ситуация.

Появление на политической арене мощной силы вызвало изменения. Сначала ожидания были большими, но сейчас этот настрой сошел на нет. Но до выборов еще много времени, и трудно сказать, каким будет настрой населения.

- Часто можно встретить убеждение, что за 20 лет грузинский избиратель вырос. Насколько можно надеяться на то, что политическое сознание и политическая культура избирателя значительно возросли, и сформировался политический вкус?

- Я считаю, что вкус не особо усовершенствовался. Я уверен, что на будущих парламентских выборах активность будет достаточно высокой. Это будет одним из лучших средств для осуществления определенных изменений в стране. Рост числа избирателей не находится в корреляции с ростом культуры избирателей. Возможно, что культура избирателя развилась по сравнению с прошлыми годами, но она по-прежнему остается в той же плоскости. Большей частью люди не знакомы с программами политическими партий, уставами, устойчивыми ценностями. Они руководствуются симпатиями-антипатиями к тому или иному лидеру. Рост культуры избирателя и сегодня стоит в повестке дня, и, к сожалению, будет стоять еще долго.

- По оценке Human Rights Watch, несмотря на то, что США и Евросоюз оказывают Грузии значительную поддержку, степень демократии в стране недостаточна. Как вы считаете, насколько велика вероятность, что недостаточная степень свободы серьезно отразится на свободе выбора?

- Достаточно велика. Степень свободы у нас не возросла. Напротив, по сравнению с Грузией периода до "революции роз" степень свободы в стране значительно понизилась из-за фактора страха. Так как выбор является свободным проявлением воли, понижение степени свободы оставит большой след на результатах парламентских выборов. К сожалению, реальность такова. Но я все же надеюсь на закон большого числа – если на выборы придет большое количество избирателей, согласно этому закону, в игру вступит свободная воля. Бесспорно, что участие в выборах большого количества людей обязательно принесет положительный результат с точки зрения перемен. Для достижения результатов на выборах количество активных избирателей будет решающим фактором.

Беседовал

Коба Бенделиани