Визит Саркози оказался более результативным, нежели я предполагал

О визите в Тбилиси президента Франции Николя Саркози «ИнтерпрессНьюс» беседует с экспертом по вопросам международных отношений Торнике Шарашенидзе

- Батоно Торнике, выступая на площади Свободы, президент Франции сделал акцент на очень многих вопросах. Его выступление и с эмоциональной и с политической точек зрения было довольно насыщенным. Как бы вы оценили визит Саркози в Грузию и его заявления – как в связи с Тбилиси, так и с Москвой и по другим направлениям?

- Для меня в выступлении Саркози наиболее важным был твердый тон в отношении 6-пунктного соглашения от 12 августа. Чем больше будет проходить времени, тем более будут ценить заявления такого типа. Есть угроза, что эту тему могут подзабыть. Это – то, на что надеется Россия. И чем чаще Саркози и другие европейские лидеры твердым тоном будут повторять подобное, тем больше гарантий того, что итоги августовской войны не будут преданы забвению. Призыв к обеим сторонам начать диалог в первую очередь относился к России, поскольку все прекрасно знают, что грузинская сторона уже давно выразила готовность к началу переговоров между Москвой и Тбилиси. Так что визит Саркози и его выступление были всесторонне позитивными. Никто не спорит, что Россия – партнер Франции, и что без нее европейская безопасность – непредставима. Но, несмотря на это, говоря о российско-грузинских отношениях, Саркози вспомнил отношения Франции и Германии. Можно сказать, визит Саркози оказался более результативным, нежели я предполагал.

- Все уверены, что в Москве внимательно следили за визитом Саркози на Южный Кавказ и особенно в Тбилиси. Саркози призвал Россию исполнить соглашение от 12 августа 2008 года и «покинуть силой занятые территории». Услышит ли Кремль призыв Саркози?

- Нет, призыв только Саркози - не услышит. Но если все ведущие мировые лидеры скажут ему то же самое, тогда услышит. Я не думаю, что на этом этапе Кремль готов воспринимать подобные советы. Но если Саркози не будет часто этого повторять, меньше будет и шанс того, что это же будут повторять и другие лидеры. Операция в Ливии подтвердила, что политический вес Саркози довольно высок не только в Европе. Франция в Европе - если не номер один, то вторая страна – это точно.

- Выступление президента Саакашвили было интересным с многих ракурсов. Особенно в связи с европейским выбором Грузии. До Варшавского саммита ЕС и визита Саркози президент Грузии и другие представители правительства часто и много говорили о сингапуризации. Сейчас же власти заявляют, что «наш путь ясен – европейский выбор», и что «мы выбираем Европу и европейскую демократию»...

- Если не принимать во внимание политическую систему Сингапура, все остальное в Сингапуре – европейское. Экономическая модель и обслуживание в Сингапуре – европейские. Если мы от Сингапура много чего переймем, ничего особо плохо не будет. Поверьте, между Европой и Сингапуром большой разницы действительно нет. В Сингапуре, как и в Европе, все стандарты - начиная с еды, заканчивая автомобильными выхлопами, - практически одинаковые. Ну а политическая система действительно другая. В остальном же, между Европой и Сингапуром никакого конфликта нет. Попытка противопоставить Европу Сингапуру лишена всяких оснований.

- Президент Саакашвили вспомнил 20-е годы XX века и отметил, что «если тогда Европа нас оставила, то теперь у Грузии в лице европейских государств есть надежный партнер». Насколько адекватна эта оценка с учетом взаимоотношений ведущих европейских стран с Россией?

- В сравнении с 20-ыми годами прошлого века ситуация сильно отличается. Впрочем, интересы России остаются все теми же. Сегодня мы должны надеяться на то, что Россия – это уже не такая Россия, какой была во времена большевиков. Сейчас мы живем не в такую страшную эпоху, и сейчас, если оставить все прочее – информационная эпоха. В 1920 году, когда Россия быстро осуществила аннексию Азербайджана, Европа неделю на это не реагировала. Мы, к сожалению, тогда не были и членами Лиги наций. Сейчас же осуществить агрессию и аннексию - не так просто.

- Саркози, помимо того, что призвал Россию к исполнению соглашения 12 августа, призвал Кремль к допуску европейских наблюдателей в зоны конфликта, а также к взятию на международной арене, подобно грузинской стороне, обязательства о неприменении силы. Какой прогресс может быть с этой точки зрения?

- Россия избрала другую стратегию, и желает быть гарантом мира в регионе. Можно сказать, что Россия сделала превентивный шаг: она предложила себя в качестве гаранта мира международному сообществу. Так что перевести Россию на другие рельсы – не так-то просто. Для этого необходимо стечение многих обстоятельств. Под «многими» я подразумеваю, например, то, что произошло в конце 80-х годов. Ослабленная империя была вынуждена пройти на уступки Западу. Но лично я развитие процессов по подобному сценарию ближайшие 12 лет, то есть в период правления Путина, считаю непредставимым. Понятно, что пока первым лицом государства будет Путин, он по своей воле, без нажима Запада и Америки, этого не сделает. Это может осуществиться только и только тогда, когда Россия будет ослаблена, и у нее не останется иного пути.

- Саркози заявил, что Россия – друг Франции, но как отнесутся те же Франция и Евросоюз к планам Путина по созданию Евразийского союза? Европейские-то лидеры заявляют, что время сфер влияния прошло, но подруга Парижа – Москва настоятельно просит от Запада признать постсоветское пространство сферой эксклюзивного влияния России...

- Путин подчеркивает, что речь – об экономической интеграции, и больше ни о чем. Между прочим, во время разговоров о Евразийском союзе Путин говорит на эту тему довольно осторожно. Явно, что Путин, во всяком случае, на данном этапе, никому не дает оснований, чтобы его критиковали из-за Евразийского союза. И поэтому на этом этапе в связи с заявлением о Евразийском союзе он и не столкнулся с критикой со стороны лидеров ЕС. В своей статье Путин был столь осторожен, что не оставил такой возможности, чтобы кто-либо с Запада с ним бы поспорил. Он максимально старается избежать разговоров о том, что хочет создать в евразийском пространстве союз, подобный СССР. Поэтому-то на Западе эта статья Путина, во всяком случае, публично серьезной реакции не повлекла. Если на эту тему будет реакция Запада, она обязательно будет публичной.

- Во время пребывания в Тбилиси Саркози действительно дипломатично, но все же эмоционально сделал много хороших заявлений. Возможно, конкретных результатов за ними не последует, однако можно ли говорить о том, что с визитом Саркози Грузия утвердила свои позиции на международной арене?

- Да, это действительно так. Факт, что лидер одной из ведущих стран мира помимо того, что выразил поддержку Грузии, еще и дал гарантии долгосрочного сотрудничества между двумя странами во всех сферах, а также довольно высокую оценку тем реформам, которые власти Грузии проводят во многих сферах. Мы должны надеяться, что в ближайшем будущем оценки Саркози разделят и главы других государств.

- И, в заключение. Решение бизнесмена Иванишвили о выходе на грузинскую политическую арену стало в Грузии основанием для большого ажиотажа и пересудов. Какое впечатление осталось у вас от заявления Бидзины Иванишвили, распространенного посредством СМИ?

- Прочитанное меня удивило. Удивило меня глобальное суждение о политике человека, который никогда до этого в политике не был, и который только собирается участвовать в политике. Если этот человек полагает, что в Грузии можно купить все и так победить в политике, то это - неперспективно. Только деньгами политика не делается.

Беседовал Коба Бенделиани